Литературный конкурс

 

На главную страницу | Карта сайта

Литературный конкурс

О писателе

Произведения

Фотографии

Рисунки

События и факты

Встречи с писателем

Презентация книги А.Костюнина

Моё знакомство с Вячеславом Тихоновым

Аудиокнига mp3

Ссылки

 

Конкурс-проект сочинений
на соискание премии Купель

 

Встреча с писателем в СПбГУ

Встреча с А.Костюниным в СПбГУ
Встреча с А.Костюниным в СПбГУ
Встреча с А.Костюниным в СПбГУ
Встреча с А.Костюниным в СПбГУ

14 октября 2008 года по приглашению Ректора Санкт-Петербургского государственного университета Николая Михайловича КРОПАЧЁВА состоялась встреча студентов и сотрудников Федерального ВУЗа РФ с Александром Костюниным, членом Союза писателей РФ, лауреатом премии «Лучшая книга 2007 года» России за сборник рассказов и повестей «В купели белой ночи».

 
 

Со встречей у студентов СПбГУ были связаны разные ожидания. «В Контакте» можно было, в частности, прочитать и такое: «Знаете, уважаемые господа, хотел придти, да испугался... Ну не может человек, стоящий во главе огромного предприятия (оборонного!), заниматься литературным творчеством (притом с премиальным успехом всероссийским). Физически не может! Это Троцкий с Каменевым могли на досуге стишки кропать, но эпоха, школа была иная... Да и внешне на писателя он не похож (поверьте редактору и журналюге с 20-летним стажем). А тот факт, что его пригласил сам тов. Кропачёв, недвусмысленно указывает на одно интересное ведомство, откуда вышли многие нынешние вершители российских судеб...» (Максим Антипов).

Что по этому поводу можно сказать? Люди зачастую слишком прямолинейно воспринимают совет Михаила Жванецкого: «Давайте спорить о вкусе устриц и кокосовых орехов с теми, кто их ел, до хрипоты, до драки, воспринимая вкус еды на слух, цвет на зуб, вонь на глаз». А внешность… Тут действительно ничего не исправишь. Меня даже жена упрекает: «Посмотри на себя в зеркало: ну какой ты писатель?»

 

Открылась встреча Презентацией творчества, затем я прочитал рассказ «Рукавичка». Началось обсуждение…

 

Большев Александр Олегович – профессор, доктор филологических наук:

 

– Вопрос о мотивации возникает каждый раз, когда уже состоявшийся, преуспевший человек, садится за перо. Зачем? Для чего автор написал рассказ «Рукавичка»? Мотивы свои автор объяснил в конце рассказа: его переполняет боль, и он почему-то не хочет её заглушать.

Рассказ замечателен как раз тем, что отсутствуют итоговые выводы, резюме нравственно-психологического свойства, авторские комментарии, которых можно было бы ожидать. Изложена предельно лаконично очень простая история: герой рассказа получил в детстве, казалось бы, заслуженно клеймо вора; подвергался на протяжении многих лет остракизму, тоже, казалось бы, заслуженному; начал вести себя адекватно приклеенному ярлыку вора; потом последовало наказание в виде жестокой морально-психологической параметрической экзекуции (наказание тоже вполне заслуженное, адекватное преступлению); после чего он совершает суицид. Автор рассказа испытывает боль. И он выплёскивает эту боль, не пытаясь уложить её в форму правильного литературного произведения.

Если бы последовали попытки разъяснений, если бы автор решил нам, читателям, преподнести на блюдечке некие полезные нравоучения, то это испортило бы рассказ.

Эффект воздействия текста на читателя определяется как раз отсутствием чувствительно-гуманного комментария. Попробуй разберись в этой истории: кто виноват? что делать? Есть только боль, которая выплёскивается, и я совершенно согласен: за перо садиться, если ты не Лев Толстой, можно только с целью выплеснуть боль. Для каждого человека творчество играет роль аутотерапии: выплёскивая боль на бумагу, мы что-то в себе облегчаем.

И для окружающих нужны не поучения, не полезные советы, нужна эта боль. Как говорил классик, «мы – не врачи, мы – боль». Вот какой сложный комплекс разнородных ощущений, полухаотических мыслей. И эти мысли не покидают меня.

Я ещё раз говорю: мне очень понравилось, что автор не попытался рационализировать свой импульс, этот свой иррациональный порыв, который его заставил сесть и написать. Не стал последовательно отвечать на вопросы, затронутые в коротком тексте. Он вовлекает в процесс поиска истины, он выводит меня из состояния довольства собой. Это очень важно. Этим и определяется эффект воспитательного воздействия литературного художественного текста, а не тем, что писатель формулирует какие-то полезные советы, даёт какие-то примеры для подражания. Это всё бесполезно, потому что каждый человек индивидуален, уникален, не похож на остальных. Запутанный клубок противоречий.

Меня, как литературоведа, всегда интересует вопрос о конструктивных принципах, о том, как сделан текст. В значительной степени, можно сказать, текст сделан просто. Автор отсекает ожидаемый комментарий нравственно-психологического свойства, оставляя читателя наедине с клубком очень сложных проблем. Нельзя говорить здесь о приёмах формальных. Автор не позволил себе адресовать читателю нравственные поучения. Он ощутил в полной мере трагическую невозможность разрешить эти проблемы и сформулировать решения. Вот это и есть творческий процесс, это можно назвать вдохновением. Я почувствовал, что это настоящее творчество. Импульс, который заставил писателя взяться за перо, это творческий импульс, это настоящая серьёзная литература.

Я начинал знакомство с книгой с чувством глубокого предубеждения. Очень многое в оформлении книги, многочисленные комментарии, в начале и в конце, меня настраивали на соприкосновение с морализаторским вкусом: и выражение благодарности архиепископу за православные научения, и мысль в финале о том, что существует единая для всех истина, и пожелание читателям идти вперёд в поисках её идеального воплощения. Честно говоря, я печально подумал, что книга состоит из полезных советов, морализаторских комментариев. И было очень приятно обнаружить то, о чём я уже сказал, комментируя замечательный рассказ «Рукавичка».

Я могу сказать, что книга «В купели белой ночи» содержит в себе ещё несколько полноценных художественных текстов. Прежде всего, великолепный рассказ «Орфей и Прима». Какая жестокая обжигающая правда! В общем довольно традиционная история звериной любви. И любовь, и смерть… Но самое главное – вкус. Я посмотрел сейчас презентацию Александра Викторовича, ознакомился с его фотографиями. Они мне очень многое сказали об авторе, о его творческой индивидуальности. Никакого перебора, никакого утрирования в этих снимках. Благородный, эстетический минимализм, замечательные фотографии, которые говорят о большом вкусе. А вкус – это то, что очень трудно приобрести.

Читатель «Орфея и Примы» ожидает в финале рассказа какого-то чувствительного гуманного комментария, объяснений. Этого нет. Писатель ставит точку. И, по-моему, поступает правильно. Он втягивает читателя в процесс размышления над затронутой проблематикой. И очень трудно освободиться от этого. Ловишь себя на том, что мысль продолжает блуждать в заданных лабиринтах.

В один ряд с первыми двумя рассказами можно поставить и «Жор глубинной щуки».

Какая-то мужская, очень благородно сдержанная манера при изображении природы. Тот же уход от ясных, простых и поэтому иллюзорных объяснений. Художественный подход к материалу. Перед нами не идеолог, не моралист, не проповедник, который всё знает и который в духе тезисов поэтики выстраивает свои тексты, положив в основу каждого произведения заранее известную ему некую мысль, иллюстрируя её эпизодами. Нет. Это творчество. Это настоящее творчество, когда человека что-то переполняет. И он не может никаким другим языком донести Это до читателя, кроме языка образности, кроме языка сцеплений между образами. Если бы можно было рационально-логическим языком сформулировать, то незачем было бы и писать рассказы «Рукавичка» или «Орфей и Прима».

Сегодняшняя встреча началась с неоднократно повторённой мысли, повторённой в том числе и писателем, что сейчас книг не читают. Совершенно верно. (Особенно хорошо это известно преподавателям литературы, вроде меня.) Никто не читает ничего, включая студентов русского отделения филологического факультета, которые тоже ничего не читают. Всё чаще приходится общаться со студентами филфака, не ознакомленными с романом «Война и мир». И они ещё гордятся этим.

В этой ситуации, когда люди в массовом порядке перестают читать, перед любым начинающим писателем со всей остротой встаёт вопрос: Зачем? Если не читают Толстого, какого чёрта я буду преумножать количество книг, нечитаемых никем.

Уникальный опыт, который заключён в рассказе «Рукавичка», уникальный ракурс восприятия бытия. Ситуация, которая мечет. Боль, которая рвётся наружу. Я не писатель, но мне кажется, творческий индивид понимает, что Толстой об этом не говорил, и Достоевский, и Шекспир. И если этого не скажу я, то никто эту боль уникальную не донесёт до читателя. А гадать о том, прочитают-не прочитают… Важно выговориться, важно излить. Это моё мнение. Вот, пожалуй, и всё.

 

Екатерина Ольшина студентка исторического факультета:

 

Встреча действительно получилась очень душевная, просто незабываемая! Когда я шла сюда, знала только «Рукавичку» и «Орфея и Приму». Теперь у меня даже музы пробудились. Может, что-то родится на ваш конкурс…

 
Киселева Катя – студентка СПбГУ:
 

– Рассказ «Рукавичка» – не прямая проповедь, это скрытое указание на правильный путь. «Рукавичка» – просто супер!!! Я её вчера читала домашним, чтоб знали, что не все помешались на детективах и...

 

Екатерина Дождик выпускница СПбГУ, Филологический факультет:

 

Идя на встречу, думала, что ничего интересного и полезного для меня не будет, однако всё оказалось наоборот: никаких пустых праздных фраз не было.

Я увидела писателя...
 
Дорохова Екатерина – студентка СПбГУ:
 

– Я не критик, поэтому не могу проводить научных анализов. А как читатель, скажу: мне очень важно было увидеть настоящего писателя. Из того, что я прочитала в современной литературе, я бы с удовольствием отметила вашу книгу: замечательные сравнения, глубокие рассказы. Очень интересно и поучительно. Я тоже начинаю писать, и мне это очень нравится. Абсолютно с вами согласна: писать нужно прежде всего для себя, пытаться понять себя и то, что происходит вокруг…

 

Васильева Ольга Вадимовна – Заведующая библиотекой факультета филологии и искусств:

 

– Мне больше всего понравилась из этого сборника «Утка с яблоками», история семьи на фоне истории страны. Я не знаю, замечали вы или нет, но когда читаешь учебники истории, то они какие-то однобокие. Сначала нам восхваляли: СССР, Россию, революцию, коллективизацию! Потом стали писать: всё было так плохо, всех стреляли, всех сажали, всё черно. А ведь в жизни-то по-разному. История страны преломляется в истории семьи, людей, в истории народов. Это совершенно замечательно получилось у Александра Костюнина в его «Утке с яблоками».

Как библиотекарь, я могу подтвердить: читают плохо. Например, «Анна Каренина» – истрёпан первый том, дальше уже не читают. «Война и мир» – то же самое: начали, потом конец посмотрели, всё, серединка не тронута, можно подойти к полке, убедиться. И в то же время, может быть, сегодня мы нашли рецепт: для того, чтобы читали, надо писать хорошие книги.

 

Довгалёв Михаил Иванович – Исполнительный директор общественной организации «Карельское землячество в Санкт-Петербурге»:

 

– Александр Викторович, я с большим интересом слушал и ваши рассказы, и дискуссию участников встречи. Вам удалось вызвать живой отклик и получить признание требовательной питерской публики. Поздравляю вас!

 

Итог встречи Ольга Вадимовна Васильева определила одним словом: «Успех!».

 

На память о творческом вечере несколько экземпляров своей книги «В купели белой ночи» я подарил фонду библиотеки СПбГУ.

Порекомендуйте страницу друзьям:

 

 

 

 

 2007 - 2015 г. Костюнин Александр.
Использование материалов сайта
возможно только со ссылкой на данный сайт
Rambler's Top100
E-mail: A-Kostjunin@yandex.ru Разработка и техническое сопровождение: Интернет-компания "Инноза"